«Парадокс» российского потребления объяснён и дезавуирован

Долгое время российскую модель потребления описывали через «парадокс российского потребления»: при росте благосостояния домохозяйств доля их расходов на продукты и питание вне дома не снижалась так же выраженно, как в большинстве развитых стран, что противоречит закону Энгеля (с ростом дохода доля трат на еду падает). В работах экономистов ИНП РАН и ВШЭ, опубликованных в «Проблемах прогнозирования», эта особенность теперь получает детальное объяснение и фактически отменяется.

Исследователи показывают, что на уровне агрегированных данных сохранение высокой доли расходов на питание объясняется тремя эффектами:

Ценовой эффект: дефлятор продовольствия 2005–2023 годов вырос в 4,21 раза, тогда как общий дефлятор потребления — в 3,41 раза; при низкой эластичности спроса даже рост физического потребления оставляет долю трат в деньгах высокой.

Распределение доходов: при переходе к согласованным макроданным доли расходов на еду у богатых домохозяйств вырастают до 37,3%, а разрыв между крайними группами доходов достигает 19,5 раз, что удерживает агрегированный показатель на более высоком уровне.

Статистический и методический фактор: исключение питания вне дома и трат на аренду сильно искажает международные сопоставления; при корректных Basket‑сопоставлениях Россия оказывается в пределах доверительного интервала мировой кривой Энгеля.

На микроуровне (по отдельным домохозяйствам) зависимость Энгеля сохраняется в классической форме: с ростом дохода доля расходов на питание падает внутри каждой доходной группы. Разница исчезает и при пересчете в постоянных ценах: в текущих ценах доля расходов на еду с 52,7% в 2001 году снизилась до 35,9% в 2 MenuItem 2023‑м, а в постоянных — до 27,5%, то есть примерно 8,3 п.п. разницы полностью объясняются динамикой относительных цен. Без учета питания вне дома в 2023‑м доля продуктов расходов составляла около 27,9%, что выше аналогичных стран на 6–10 п.п.; добавление трат на еду вне дома сводит это расхождение к нулю.